У "Берсерка" плюс-минус луна
Не сомалийский и не карибский
Бывшим неудачникам-контрабандистам подвернулась удача – теперь они служат на судне винодела Жака и спокойно развозят свой товар по морям Лаара. Вот только Лаар и спокойствие – вещи несовместимые. Так что поднимаем паруса, собираем отряд верных матросов и держим нос по ветру!
Всю свою жизнь Грооц так или иначе искал ответ на один вопрос. Самый для него важный. "Как заработать денег?" – так он звучал. Или более возвышенно: "Кому благоволит фортуна?". Да, казалось бы, это другое, но все обитатели морей – от матёрого морского волка до не нюхавшего ещё пороху волчонка-юнги – понимали, что разницы в этих вопросах нет никакой. Даже если сегодня тебе повезло в том, что шарик свинца из вражеского пистоля прошёл в мизинце от головы, конечная цель всё равно одна: дожить до счастливых, сытых времён. До богатства. А иначе зачем это всё?
Единого мнения, однако, не существовало даже среди моряков. К примеру, Отто, недавний знакомый Грооца, считал, что фортуна любит дерзких, решительных. Авантюристов. Дру, верный товарищ, считал, что удача благоволит смелым, честным и... дальше Грооц не мог разобрать точно. Всё-таки глотки дирров, этих разумных обезьян, плохо приспособлены для человеческой речи. В быту с общением у Дру проблем не было, но вот когда тот пытался вести разговоры о жизни – тут голова бывалого моряка уже не справлялась. Может быть, надо чаще пробовать. Сагар полагал, что деньги окажутся в конечном итоге у того, кто лучше всех приспособится к ситуации. Мерзавец, что ещё скажешь? Даже слушать противно.
И много, много разных мнений существовало как в рядах пиратской братии вообще, так и на борту фрегата "Лоза" в частности. Какое из них было верным? По мнению самого Грооца, никакое: все, кто собрался здесь, всего лишь наёмные работники, пусть и за неплохие деньги. Основной получатель выгоды, Жак, сейчас и вовсе не с ними. Это у него целый флот, торговые дела по всей империи и за её пределами, это он получает основную долю с каждой проданной кружки вина...
А потому, как считал старший помощник "Лозы", сильнее всего удача любит большие деньги. Если копнуть глубже: тому, у кого есть большие деньги, капризы фортуны не страшны, а потому дела делаются, капиталы множатся, другие люди на тебя работают.
Одна беда – иногда судьба, будто в насмешку, устраивает такое, что никаких денег не хватит на устранение последствий. Собственно, как...
– У меня же всё было... – негромко произнёс Грооц себе под нос, на мгновение забывшись.
– Старший помощник? – непонимающе обратился к нему матрос у штурвала.
– Ничего, Тата, ничего. Я о своём.
– Хорошо. Просто я не прочь и поболтать-то, если вам будет угодно.
Грооц улыбнулся. Почему бы и нет?
– Скучаешь, Тата?
– Самую малость, – не стал скрывать тот, – вахта лёгкая, хвала всем богам! Но иногда аж в сон тянет. Даже ветер-то ловить не надо!
Старпом согласно покивал. Тут рулевой прав: попутный ветер на корабле имеется всегда. Пока чародей из горного ордена с ними – уж точно. По роду своей новой должности Грооц видел, сколько содаров обещано каждому из членов экипажа фрегата, и линунг-ветродуй... Нет, о таком лучше не думать. На десяток "Прохиндеев" хватило бы точно! Да только вот даже за такую грабительскую цену это выгодно, если посмотреть на картину издалека. Чем больше их наниматель Жак продаёт, чем чаще в порты прибывают его суда – тем он богаче. Вот уж действительно, деньги любят деньги побольше!
– А расскажи-ка, Тата, что с прошлым старпомом стало? Не секрет же?
– Чего б не рассказать-то? – обрадовался матрос. – Да только просто всё – его демон глубин подрал. С акульей башкой!
– Брешешь, – только отмахнулся старпом. – Не бывает таких демонов.
– Чтоб от меня удача отвернулась! – запротестовал матрос. – Я-то не видел-то, но квартирмейстер нам так сказал. А Рябой Аркат врать не будет!
– Да уж... И как же всё было?
– Вышли они под вечер втроём – капитан, помощник его да сам Аркат – из таверны. Пили, конечно-то! Все весёлые, но старпом прежний совсем лишнего в себя влил. Шли, шли, уж где-то ближе к докам удаль его взяла. Подошёл он прямо к краю, значит, над водой встал-то, и давай выпитое, – тут Тата боязливо понизил голос, – прямо в воду сливать! Да ещё про Ихиту кричать всякое... будто тот девка портовая, да.
– И что? – усмехнулся Грооц.
– И всё! Прислал бог морей подручного своего – и нет старпома-то!
– Скажи, Тата, а как, хм... пожранный ладил с квартирмейстером?
– Да откуда мне знать-то? Это ж верхушка корабля... А не веришь если, так у Сенуха Трёхзубого спроси али у товарищей его.
– При чём тут они? – не понял старший помощник. Память его пока ещё не подводила, и если не решила начать в этот раз, то речь идёт о самых младших, самых неопытных матросах. Низшее звено без навыков, без особых прав, да к тому же с неуёмной тягой к выпивке. Салаги-неудачники, одним словом.
– Так они видели всё! В темноте, издалека и пьяные, но подтвердили-то! Они же после того случая в команде и появились. Напугались до полусмерти, как и капитан с Аркатом. В таверну пошли, страх снимать. Там и разговорились...
Грооц вида не подал, но в памяти отметил – надо быть поосторожнее. История, что была рассказана ему Жаком, звучала попроще: у предыдущего старшего помощника в порту не выдержало сердце. Офицеры на корабле рассказывали то же самое, с большим числом подробностей... но не слишком любили эту тему. Бывший капитан "Прохиндея" думал, что они просто не хотят вспоминать об ушедшем товарище. Их можно было понять. А тут вон оно как!
Надо попросить Отто тоже порасспрашивать матросов, ненавязчиво, невзначай. Времени у них ещё довольно: и трети пути не прошли. Пусть узнает, рулевой ли от скуки брешет или капитан корабля с квартирмейстером на пару темнят? Когда "Лоза" войдёт в порт назначения, нужно быть во всеоружии.
Старпом собрался было что-то сказать в ответ, но его прервал крик с высоты.
– Бухта! Вижу бухту! – захрипел вперёдсмотрящий. В "вороньём гнезде", как и всегда, располагался Старик Нанс. С годами этот морской волк всё хуже подходил для другой работы, но ничего иного от него на судне и не просили. В качестве наблюдателя он был незаменим: внимательный, сосредоточенный, сдержанный – а значит трезвый – и очень опытный. К тому же года благотворно сказались на его зрении: Нанс всё хуже видел перед собой, но зато прекрасно различал предметы вдали. Даже без подзорной трубы, которая была у него по долгу службы. Так что ошибки быть не могло: впереди удобное место для стоянки корабля и высадки на берег.
– Право руля, матрос! – скомандовал Грооц, невольно завершая разговор. – Начинай сближение, жди дальнейших указаний.
– Хоть что-то новое, старший помощник! – ответил довольный, встрепенувшийся рулевой.
А сам старпом поспешил на мостик.
Капитан "Лозы" всю организацию высадки переложил на плечи Грооца, но это и неудивительно. Господин Эстив (как он требовал обращаться к себе сам), он же Эстив Чистенький (как за глаза его называла вся команда), человеком был авторитетным, даже жёстким, но от простых матросов и офицеров слишком далёким. Он полагал, что коль скоро вокруг него опытные исполнители, так пусть они и работают. А он будет руководить: на нём и без того ответственность за всё судно. Слишком включаясь в какое-то одно дело, рискуешь упустить важные детали в другом. А рисковать капитан Эстив не привык.
Грооц не то чтобы одобрял такое отношение: он с людьми, от которых зависит собственная жизнь и благополучие, привык общаться теплее. С другой стороны, так у старпома было больше свободы, и это ему нравилось.
Поэтому, например, в шлюпках на берег вместе со своим бывшим капитаном отправились Отто и старина Дру. По этой же причине проходимец Сагар остался на корабле – Грооц так и не простил своему матросу то предательство, хотя гнев давно уже и поутих. Но всё равно, пусть посидит на судне, ему полезно. К тому же одно дельце изменнику старпом всё же поручил. Пусть поближе познакомится с этим Трёхзубым, в доверие к нему вотрётся. Если узнает что – сам станет выглядеть лучше в глазах старых товарищей.
С остальными же старпом сумел пообщаться с глазу на глаз, рассказать новости. Времени для этого было предостаточно: отряд пиратов пробирался сквозь густые заросли, искал и добывал воду, рубил деревья – запас досок тоже стоило пополнить – и даже охотился на местных птичек. Последние чем-то напоминали крупных одичавших гусей, что для Грооца было довольно неожиданно. А вот Отто не удивился.
– Т-тут ещё и н-не такое бывает, места так-кие, – только и сказал он.
– Не то чтобы я тут часто ходил, – признался старпом.
– Так и я т-только слышал, – согласился бывший контрабандист. – Земля здесь с-странная, г-говорят. То горы, д-да не п-п-простые, а что огнём д-дышат. Т-то степь. А вот с д-другой ст-тороны Пустошь, т-там я бывал. И да, к-кто только тут не ж-живёт.
– Нам стоит опасаться чего-то?
– П-прямо у берега? В-вряд ли, – успокоил товарища Отто.
Это и правда обнадёживало. До заката пираты никак не успевали вернуться на корабль, пришлось найти место для ночлега прямо в этом необычном лесу. Но ничего страшного наутро не обнаружилось, а потому гружёная свежими припасами процессия начала движение обратно к берегу.
И вот тут-то Грооца и его отряд ждал неприятный сюрприз. Выход из уютной, защищающей от ветров бухты, в которой бросила якорь "Лоза", был перекрыт. И не каким-то одним судном.
– Я-ть! – отрапортовал Дру, чьи глаза были поострее.
– Не меньше, – согласился старпом, тоже рассмотревший незнакомый флот в подзорную трубу. – А то и больше. Вон та громадина за двоих сойдёт, как по мне.
– А чт-то это за к-к-конструкция? – присоединился к разговору Отто. – В-видел кто такие раньше?
– Пока не узнаю, – согласился Грооц, не отрывая глаза от окуляра. – Смотри-ка, шлюпки!
– П-переговоры?
– Надеюсь. Захотели бы битвы – взяли бы на абордаж. Или затопили бы.
– А о-а-р? – не понял дирр.
– Да, Дру, товар бы ушёл на дно вместе с судном. Слушай мою команду! – это уже ко всем, – в шлюпки садимся налегке – и быстро на корабль! Мы должны успеть!
Моряки налегли на вёсла и прибыли на "Лозу" раньше чужаков. На судне царило нервное напряжение, почти смятение: простые матросы не понимали, что происходит, и ждали команды капитана. Но у старших офицеров ответов тоже не было.
– Грооц, вы тут, – сухо поприветствовал своего старшего помощника капитан.
– Да, господин Эстив, – слегка склонил голову старпом. – Прибыли так быстро, как только могли.
– Недурно. Есть мысли, что делать?
– Пока нет, господин Эстив. Мы ведь даже не знаем, с чего всё началось.
– Верно. Аркат, не расскажешь?
– Расскажу, чего нет? – согласился невысокий, но жилистый моряк с некрасивым, покрытым оспинами лицом. – После рассвета они появились. Сегодня, значит. Мы всё вас ждали, а вы не спешили. Так бы могли уйти ещё вчера.
– Кто бы знал, – покачал головой Грооц. – Мы-то делом занимались. Всё, что надо, запасли. Правда, оставили на берегу.
– Дурно. Мы сможем пойти на прорыв? – уточнил капитан.
– Пойти сможем. Но это будет последний поход "Лозы", – пробасил Йен, корабельный канонир. Широченный, высокий, с длинной чёрной бородой, он производил пугающее впечатление. Опояски с порохом только усиливали его.
– С чего вы взяли? Вы не навигатор, Йен.
– Нет, господин Эстив, но я знаю толк в орудиях. У самого большого судна пушки такие, что нам не поможет дух удачи и Сеггер вместе взятые.
– Это не значит, что мы не будем стрелять, – отрезал капитан. – Будьте готовы открыть огонь по команде.
– К этому мы готовы всегда, – согласился канонир.
– И всё же, офицеры, попробуем решить дело миром. Послушаем, что скажут наши гости. Но всем матросам быть снаряжёнными для боя!
На этом совет офицеров был завершён. А вскоре прибыли и шлюпки с той стороны. Три лодки по десятку человек в каждой. Итого около тридцати гостей. Матёрые пираты, судя по виду. Не пропойцы вроде Сенуха, а настоящие, опасные бойцы. Да только ведёт их женщина, и это странно.
О женщинах-капитанах Грооц слышал, конечно же. Эти байки ходят, пожалуй, в каждом море, что омывает земли Лаара. Что-то про грозу морей капитана Тича и его лихих дочерей. Но половина из этого наверняка выдумка, а другая... тоже, но не такая дерзкая. Он не сомневался в том, что кто-то с такими именами существует. Но все эти истории про проклятое золото, чародейские компасы и прочее – однозначная выдумка, элемент легенды. Мир слишком скучное место, чтобы спасать его раз в несколько лун.
Как бы то ни было, ни на одного из персонажей этих морских легенд женщина, ступившая на палубу "Лозы", похожа не была. Миловидная, фигуристая, с копной густых чёрных волос, перевязанных ярко-красной косынкой, и восхитительными... кхм. Фигуристая, да, что об этом говорить второй раз?
– Здравствуйте, мальчики, – произнесла она приятным голосом с лёгкой хрипотцой и широко, самоуверенно даже, улыбнулась. – Поговорим?
– Капитан фрегата "Лоза", господин Эстив, – холодно ответил капитан. – Кто вы и по какому праву мешаете проходу нашего судна?
– Капитан Наварро. Кайна Наварро. Хочу предложить вам работу, от которой вы не сможете отказаться.
– Могу я узнать, что будет в случае, если мы всё же не согласимся на ваше предложение?
– Лучше не надо, Эстив, – капитан "Лозы" едва заметно поморщился, а улыбка женщины стала чуточку шире. – За работу можно щедро заплатить, либо к ней можно принудить. Я предпочитаю рассчитываться золотом, а не кровью. Поверьте, вам тоже следует выбрать золото.
– Потому что иначе... что? – холодно уронил Эстив Чистенький.
Грооц – да и сам капитан – ответ прекрасно знали, но на подобных переговорах следовало до последнего держать лицо. К тому же их на судне пятнадцать десятков против тридцати людей Кайны. Пусть даже по ним и откроют огонь в конце концов... но она сама на что рассчитывает?
– Иначе мы не договоримся, и в ходе возникшего спора мои головорезы перережут вас как щенят, а потом взорвут ваше судёнышко, – Наварро с намёком потянула клинок из ножен. – Вы же не пираты! Не все вы... – взгляд женщины, как показалось Грооцу, на мгновенье задержался на нём.
– Самоуверенное заявление. Но всё же, что вам нужно? Вы же не грабить сюда пришли... Кайна?
– Содержимое ваших трюмов меня не интересует. Мне нужны проводники на суше. И вы подходите.
– Исключено. У нас нет времени. И мы не знаем этих мест, – отрезал капитан.
– О, поверьте, я ещё более... издалека, – капитан Кайна рассмеялась какой-то лишь ей известной шутке, – а идти надо будет долго, до обитаемых земель. Вверх по вашим картам. И там ваши знания точно пригодятся. Что касается времени, его я компенсирую. Золотом.
– Не интересно, – покачал головой Эстив.
– Сколько? – одновременно с ним выпалил Рябой Аркат.
– Не знаю, в чём привыкли мерить вы, – переключилась на квартирмейстера Наварро. – В моих краях это называли стандартной мерой. Сотня таких мер.
Один из головорезов подал своему капитану свёрток. Кайна развернула его – и что-то блеснуло в лучах солнца таким манящим, жёлто-рыжим светом. Квартирмейстер, глаза которого алчно заблестели, без страха подошёл к чужому капитану и принял из её рук золотой слиток.
– Три либры, не меньше! – удивлённо воскликнул он. – Две сотни, говоришь?
– Одна. За помощь в дороге туда и обратно. Впрочем, детали можно обсудить. Решайтесь.
– Выбор за командой, – покачал головой Рябой Аркат. – Ну-ка, братья, кто хочет прогуляться по суше за гору золота – сабли вверх!
И сам вытащил из ножен своё оружие, подавая пример другим. Головорезы Кайны бросились было прикрыть капитана, но женщина остановила их коротким взмахом руки.
В воздух под радостное улюлюкание и свист поднималось всё больше клинков.
– Это ж это... неправильно как бы... И капитана нашего не хотел бы я опять... – опешил было Сагар.
– Успокойся, п-приятель! – подбодрил матроса стоявший неподалёку Отто, вскидывая над собой руку с кинжалом. – Сегодня м-можно. Это не п-п-предательство – в-в-выживание!
– Как вы смеете, Аркат! – прошипел капитан Эстив своему квартирмейстеру, когда тот, улыбаясь до ушей, вернулся обратно к своим. – Это бунт!
– Госпожа же сказала – невозможно отказаться. И потом, Эстив. Мы идём с опережением графика. У нас же в сроках плюс-минус луна. А это уже две луны получается, не так ли? Неужто не управимся? – растянул губы в улыбке Аркат.
– Да господин Жак с вас...
– Нет тут господина Жака. Только мы, они и море. А в нём демоны водятся. Акулоголовые, да? – последнюю фразу квартирмейстер прошипел капитану на самое ухо, но Грооц всё равно её расслышал.
– Мерзавец и глупец! Кто в здравом уме решится идти через Искажённые земли?
– Посмотри, сколько желающих, Эстив, – прочертил саблей дугу Аркат. – И каждый сказал "да". За деньги, разумеется. А ты, я вижу, остаёшься. Не согласится ли старший помощник взять на себя обязанности капитана?
Грооц не хотел стоять перед этим выбором. Но его и не было: их заставят или убьют – вот что на одной чаше весов. На другой – они согласятся и, может быть, вернутся богатыми.
Искажённые земли... О них тоже ходили легенды. Заброшенная область, в прошлом пережившая грандиозную войну чародеев. Даже если всё это выдумки, в лучшем случае их ожидает территория, на которую много лет не ступала нога человека.
Им понадобится вся дерзость, вся сила и вся изворотливость, какая найдётся, чтобы пройти этот путь. И если удача не отвернётся, каждый получит свою плату. "У тебя всё будет..." – шепнул пока ещё старший помощник капитана сам себе и потянул саблю из-за пояса.
